Поход в Высокие Татры, август 2006. Отчет
Отчет
Итак, столь долго обсуждавшийся в этой теме поход наконец-то состоялся!
Местом встречи участников из трех стран -- Украины, Германии и Польши -- был выбран Краков. Польская часть группы собралась на квартире у Эмили 11 августа и основательно размялась разнообразными спиртными напитками. К вечеру 12 августа в Краков прилетела немецкая часть группы и немедленно включилась в разминку. Для разминки были выбраны ликер "Поморский", водка "Вишневая" и разнообразное пиво, окончившиеся только к половине четвертого утра. В этот же день села в поезд и днепропетровская часть группы, запасшаяся в дорогу большим количеством спиртного.
Утром 13 августа польская и немецкая части группы выехали в село Величка в 12 км от Кракова для посещения превращенной в музей знаменитой соляной шахты. Отстояв в очереди два с половиной часа и купив, наконец, вожделенные билеты, мы получили СМС-ку от украинской части группы, что они приедут в Краков к 5 часам. В рекламке было написано, что экскурсия по шахте занимает около 1,5 часов, поэтому мы решили, что успеем осмотреть шахту и, отказавшись от посещения расположенного там же музея горной промышленности, встретить днепропетровцев.
Шахта представляет собой вырубленные в зеленой соли и камне чаще всего обитые досками и бревнами штреки, перемежающиеся залами с посвященными теме соледобычи экспозициями и разнообразными вырезанными из соли скульптурами. Все это очень красиво, особенно часовня св. Кинги -- зал, посвященный истории жизни Иисуса Христа, но весьма растянуто в пространстве.
Первое упоминание о Величке появилось в начале XII века. В то время город назывался Magnum Sal, что означало по-польски Wielka Sуl (по-украински: Велика Сiль) и со временем превратилось в современное название города.
Согласно легенде, принцесса Кунегунда, дочь венгерского короля Белы IV и греческой принцессы Марии, выходя замуж за малопольского князя Болеслава V Стыдливого, бросила в подаренную ей отцом соляную шахту в Марамароше свой перстень. По одной из версий, отец подарил ей шахту, чтобы иметь возможность чаще видеть дочь во время посещений ею своей собственности, по другой -- Кунегунда (в средневековых Венгрии и Польше это имя произносилось как Кинга) выпросила шахту у отца в качестве свадебного подарка мужу. По дороге в Краков Кинга остановилась в Величке и велела копать шахту, в которой нашли ее перстень, чудесным образом переместившийся под землей из Марамароша в Величку вместе с солью. На самом деле соль в этих местах добывали еще за 3,5 тысячи лет до Р.Х., а Кунегунда бросила свой перстень в шахту скорее всего из-за откровенного нежелания выходить замуж. Собственно говоря, она в течние трех лет после замужества осталась девственницей, после чего удалилась в монастырь. Болеслав, так и не сумевший склонить супругу к сожительству, при том, что его религиозные убеждения не допускали внебрачных связей, заслужил прозвище Стыдливый и оставил княжество без наследника.
Выбравшись на поверхность через два с лишним часа, мы поехали в Краков, рассчитывая, что маршрутка остановится, как ей и полагалось, возле дома Эмили, откуда мы заберем рюкзаки и поедем на вокзал. Но, в связи с ремонтом улиц, маршрут поменялся, и нас привезли к вокзалу, откуда мы пешком пошли за рюкзаками. На обратном пути мы сели на другую маршрутку, которая опять привезла нас не туда, куда должна была. В общем, мы встретились на автовокзале около семи часов вечера, при этом днепропетровская часть группы скрашивала ожидание пивом. После посадки в автобус на Закопане выпитое как ранее, так и прямо в автобусе пиво начало проситься наружу. Первым не выдержал Kyll, который подошел к водителю и начал по-русски требовать немедленно остановиться. Водитель пытался убедить Килла, что автобус и так скоро остановится, но у него это плохо получалось. Наконец мы остановились в каком-то городке, и Kyll пошел в сортир, после чего остался на перроне покурить, где к нему присоединились Maximus и Bartlbe. Курили они долго и со вкусом. Водитель трясся от возмущения, что он не может дольше ждать, и даже попытался уехать. Но мы составляли большинство пассажиров, тем более такое большинство, которое отнюдь не было намерено оставлять наших товарищей неизвестно где, поэтому шоферу пришлось остановиться и подождать, пока мы нашли курильщиков и позвали их в автобус.
Приехав в Закопане часам к десяти вечера, мы не стали искать кемпинг, а вышли из города, высматривая по дороге в окрестных посадках место для стоянки. Odri привезла с собой ведро с 12 кг соленых огурцов, которые мы тащили по очереди, причем некоторые были этим весьма недовольны и неоднократно предлагали их где-нибудь потерять.
Город закончился вывеской, извещающей, что прямо за ним начинается заповедник, но тут нам удалось обнаружить дом, забуханный хозяин которого разрешил нам бесплатно поставить палатки у него во дворе. На переговоры пошли мы с Касей, при этом хозяин дома явно на нее запал и начал приглашать пить чай, обещая за это выдать нам в окно подключенный к розетке кабель для кипятильника (оказалось, что заправленные газом баллоны для примуса были благополучно забыты в Днепропетровске). Когда Кася отказалась пить с хозяином дома, он увалился спать, и электричество мы не получили. Разжигать костер во дворе мы не стали, поужинав колбасой и консервами с бальзамом. Тогда же мы опробовали огурчики и были ими восхищены до глубины души. Это было нечто!
Утром мы собрались и, пройдя немного по дороге, поймали следовавшую к озеру Морское Око маршрутку, которая за 3 злотых с человека привезла нас к селу Brzeziny, от которого начиналась дорога через заповедник к базе PZA Rąbaniska. Выгрузившись и отпустив маршрутку, мы с огорчением обнаружили, что мы забыли в ней огурцы. Полностью деморализованные этой потерей, мы купили недельные входные билеты в заповедник по 18 злотых и прошли по выложенной булыжниками лесной дороге 2 часа до базы. На базе оказалось, что нас почему-то ждали за день до нашего приезда (хотя дата была сообщена им по телефону), поэтому часть заготовленных для нас палаток была заселена другими людьми. Впрочем, до вечера вопрос с поселением удачно разрешился. Еще одним сюрпризом стало отсутствие электричества. Нам сказали, что оно раньше было, но никаких следов проводов нами замечено не было. В связи с этим электрический забор вокруг лагеря, призванный охранять его от медведей, носил исключительно декоративный характер.
Как нам сообщили, в окрестностях лагеря ошивается штук шесть медведей, из которых один медведь и одна медведица с медвежатами усекли, что у туристов можно разжиться вкусненьким, и стали подкарауливать их на дорогах, отбирая рюкзаки с едой. Людей без рюкзаков они не трогают. Кроме того, они регулярно приходят в лагерь и потрошат рюкзаки и палатки. С целью сохранения еды в неприкосновенности нам выдали ведра с крышками, в которые ее следовало сложить и хранить в тамбурах палаток. У нас сложилось мнение, что администрация лагеря специально предлагает держать еду в знакомых медведям ведрах, чтобы они не тратили время на разыскивание ее в рюкзаках и палатках. Впрочем, в связи с огромным урожаем грибов и ягод уже около двух недель перед нашим приездом медведи в лагере не объявлялись. Забегая вперед, скажу, что за 5 дней пребывания в Татрах мы так и не увидели ни одного медведя, хотя очень этого хотели.
На базе имеется кухня с посудой и газовыми плитами, деревянный и биотуалет, а также проточная вода из ручья. Теплый душ обеспечивается нагревом воды в большом чайнике и поливанием ею себя из кружки. Большинство так и делали, а некоторые, включая меня, ленились греть воду и мылись холодной водой из ручья, текущей из трубы.
Расстроенные потерей огурцов и обожравшиеся по дороге на базу черникой, малиной и земляникой, в первый день мы никуда больше не пошли, сходив только в расположенный в 30 минутах ходьбы приют Murowaniec, в баре которого можно вкусно поесть, а также затариться хлебом и пивом. Правда, хлеб стоит там 6 злотых, а пиво -- 7, что более, чем в два раза дороже, чем в городе.
На следующий день мы решили для начала сходить по какому-нибудь боле легкому маршруту и пошли в Долину Пяти Ставов Польских (Dolina Pięciu Stawуw Polskich) через Гусеницову Халу (Hala Gąsienicowa) и перевал Zawrat (2159 м). Hala по-польски -- высокогорный луг в Татрах, а название Gąsienicowa она получила по фамилии средневековых владельцев.
Пройдя мимо нескольких очень красивых озер (их там 19, но летом часть пересыхает), мы вошли в зону вечных снегов и неожиданно метров за 100-150 до перевала тропа уперлась в вертикальную стену, в которую были вбиты крючья с закрепленными на них цепями, цепляясь за которые, надо было лезть дальше. Как потом оказалось, в Высоких Татрах все перевалы выше 2000 м представляют из себя такие оборудованные цепями стены. На картах это никак не обозначено, поэтому для не готового к такому сюрпризу туриста является не очень приятной неожиданностью. Так, Morgenstern пришлось трудно лезть по стене с костылем, зато Bartlbe вообще не заметил цепей, поскольку гораздо большее внимание он уделял фляжке с бальзамом, из которой он регулярно отхлебывал.
По дороге наверх я, Morgenstern и Katya отстали, так как нам пришлось пропускать спускавшихся сверху людей, да и Morgenstern не могла идти быстро. Поднявшись на перевал, мы были встречены ураганным ветром. Основная часть группы не стала нас дожидаться под угрозой сдувания с острого гребня в пропасть и ушла в Долину Пяти Ставов, что было, на мой взгляд, правильным решением. Тем более, что через несколько минут после нашего подъема на перевал спустилась туча и пошел град с дождем. В сочетании с пронизывающим ветром это было очень неприятно, но еще неприятно было то, что туча заволокла верхнюю часть долины и не давала делать фотографии. Функцию Сусанина взяла на себя Ania.
Спустившись в долину к приюту PTTK -- польского туристско-краеведческого товарищества, мы встретили основную часть группы, которая уже успела пообедать и отогреться. Будучи замерзшими и голодными, отставшая часть пошла в приют, а основная группа не стала их ждать и пошла на базу через перевал Przełęcz Krzyżne (2112 м). Подьем на перевал из долины достаточно легкий, хотя и длинный, занимает около 2 часов, зато проходит мимо красивейшего водопада Большая Сиклава (Wielka Siklawa) с высотой порога около 70 м. Правда, спуск к базе обычно занимает около 4 часов, так что возвращалась группа уже в темноте.
Наша троица, поев, отогревшись и сбегав сфотографировать водопад, решила не тратить время на двухчасовый подъем, а постараться до наступления темноты проскочить через более тяжелый для восхождения Козий перевал -- Kozia Przełęcz (2137 м). Подъем на него занимает обычно всего 1 час 20 минут, а спуск -- около 2 часов, так что мы планировали управиться до темноты. К сожалению, часть тропы с маркировкой оказалась уничтожена оползнем, поэтому мы потеряли полчаса, отыскивая путь в нагромождении камней. Когда же мы выбрались к последнему участку подъема с цепями, перевал заволокло тучей, видимость стала почти нулевая, и нам пришлось буквально наощупь спускаться обратно в долину. Так как Morgenstern со своей ногой не могла спускаться, она села на задницу и проскакала весь спуск на ней, заявив, что теперь она с полным правом может говорить, что спуск для нее -- это жопа.
Связавшись по сотовому с основной частью группы (связь очень плохая и постоянно прерывается), мы договорились встретиться завтра возле приюта на озере Morskie Oko. По дороге нам все время попадались выложенные из маленьких камней пирамидки. Возле одной из них стояли фонарик со свечой и фотография погибшей девушки.
Придя среди ночи в приют, мы с удивлением обнаружили, что он открыт, хотя столовая и не работает. В коридорах и столовой на полу спало большое количество народу, причем никто почему-то не храпел!
Katya улеглась спать на поставленную на стол лавку, а мы с Morgenstern перекусили хлебом с бальзамом, расстелили национальные флаги Украины и Германии и улеглись на полу. Сквозняков не было, хотя ночью было достаточно холодно. Проснувшись утром, мы обнаружили рядом с нами бесхозное одеяло, но не стали его брать, не зная, чье оно. Как нам потом сказали, в приютах PTTK можно бесплатно ночевать, получая при необходимости одеяла и спальные мешки. Кипяток в столовой тоже выдают бесплатно.
Позавтракав, вся группа с разных сторон двинулась к Морскому Оку. При этом, если основной части группы пришлось добираться по заваленной лошадиным дерьмом трассе, наша троица пересекла хребет Świstowa Czuba (1763 м) и заросшую крупной спелой черникой очень красивую котловину Świstуwka Roztocka (1706 м). На очень крутом и длинном спуске к озеру, доставившем множество неприятностей Morgenstern, мы обнаружили несколько десятков моховиков, каковые забрали с собой на суп.
Воссоединившись у озера, группа поела и отправилась на базу, обломавшись подниматься к расположенному прямо над Морским Оком озеру Czarny Staw pod Rysami.
На следующий день мы поднялись на гору Каспровы Верх -- Kasprowy Wierch (1987 м), прошлись по проходящей вдоль хребта польско-словацкой границе до перевала Liliowe (1952 м) и вернулись на базу варить грибной суп, а Campfire, Kyll и Bartlbe поднялись на гору Świnica (2301 м), названную так потому, что со словацкой стороны в очертаниях горы можно разглядеть свиную морду.
В последний день похода мы решили сделать вылазку на Русинову Поляну (Rusinowa Polana), названную так по фимилии бывших владельцев. Там недавно опять разрешили выпас овец, и находится bacуwka -- деревянный пастушеский домик (колиба), в которой овчары продают приготовляемые прямо на глазах у покупателей кефир и сыры, в том числе знаменитый местный копченый сыр oscypek из подсоленного овечьего молока, несоленый овечий сыр bundz, напоминающий по консистенции и вкусу итальянскую моццареллу или "Любительский" сыр, и получаемую из раскрошенного бундза путем двухнедельного созревания со специальной плесенью пастообразную брынзу (bryndza). Тут же можно выпить отцеженную при приготовлении сыра сыворотку żentyca.
Спустившись от базы к поляне Psia Trawka, мы прошли вдоль ручья Pańszczycki Potok и поднялись на хребет Гусиная Шея -- Gęsia Szyja (1489 м). Пройдя по вершине хребта, мы мимо зарослей малины спустились по крутому травяному склону на Русинову Поляну, где набрали сыров и напились сыворотки, причем Morgenstern опять съехала в долину на заднице -- Видео. Обратно мы возвращались по склону горы Mała Koszysta вдоль Долины Паньщица (Dolina Pańszczyca). Тропа шла через нагромождение камней и корней сквозь густые заросли, было очень красиво, и даже намочившая нас гроза не испортила впечатления от завершившего поход перехода.
Утром в субботу мы собрались, спустились к трассе и уехали в Закопане, где простились с оставшимися там на экскурсию Аней, Эмилей и Кубой. В Кракове группа еще раз разделилась: Кася, обстоятельно рассказав и показав, что и где расположено в Кракове, вернулась в Кельце, мы с Morgenstern поехали в аэропорт и улетели в Германию, а днепропетровская часть группы села в ночной автобус и поехала во Львов, откуда поездом выехала в Днепропетровск.
В общем, все прошло великолепно, всем участникам огромное спасибо! На следующий год клуб "Эдельвейс" собирается продолжить походы по Польше, а сейчас мы начинаем готовить на октябрь совместный украинско-немецко-польский поход в Крым.
P.S. Начинаю выставлять фотографии. Они будут появляться по мере загрузки.
Соляная копь в Величке. Кунегунда получает назад свой перстень, найденный в кристалле соли
Ажиотаж у ведра огурцов, засоленных Odri.
Фотография предоставлена Bartlbe
Озеро Czarny Staw Gąsienicowy и долина Hala Gąsienicowa
Озеро Zmarzly Staw
Наверху -- перевал Zawrat
Вид с перевала Zawrat на долину Dolinka pod Kolem и озера Zadni Staw Polski и Wole Oko
На перевале Zawrat
Водопад Wielka Siklawa
Водопад Buczynowa Siklawa
Dolina Pięciu Stawуw Polskich
Гора Rysy и озеро Morskie Oko
Водопад Wodogrzmoty Mickiewicza
В эту ночь решили самураи перейти границу у реки (с)
Надпись на щите: Государственная граница. Нарушать запрещается
Вид на горы Kościelec и Świnica
На вершине горы Kasprowy Wierch
Гора Świnica
Вид с горы Kasprowy Wierch на долину Hala Gąsienicowa
Гора Gęsia Szyja
Bacуwka на Русиновой поляне
Відповісти з цитуванням
Допис від Katya
Bookmarks