Теория разбитых окон.

[Demian]

Эта версия мне кажется более правдоподобной, чем первая

Ну я яркий пример Украина, аборты сделать можно и их делают давно. К тому же в конце 80-х начале 90-х рождаемость упала значительно, а изменений к лучшему не происходит. Мне кажется не в этом причина.

[Den I]

То все от лукавого.
Увидит рядовой гражданин какой-либо непорядок, возмутится, а ему в ответ- "а ты за собой смотри", "начни с себя, потом других критикуй". Некоторые подумают- может и я что-то сделал не так, надо проверить, надо подумать, а может действительно? А советующий выигрывает время, отводит пристальный взгляд возмутившегося от себя и себе подобных. Но это все лукавство, и мы уже видим, к чему это привело. Вольности, свобода выбора и т.д. Для кого она? Да она только разлагает общество, на пользу некоторым личностям. А наши "слуги народа", исполнительные службы, правоохранительные органы будто специально ведут себя так, что бы загнать всех недовольных "в себя", на любую проблему разводя руками , советуя и заставляя начинать с себя.

Прочитав статью, и держа её смысл в голове можно присмотреться к происходящему вокруг нас, даже в нашем городе. Все наоборот.
Т.е. действует на практике "система разбития окон". Или реверс "теории разбитых окон".
Теория разбитых окон- далее сокращенно ТРО
Есть безбилетные пассажиры в электричках- в ТРО их ловят, в рамках закона заставляют исправиться, других не брать пример с нарушителей. У нас- отменяют остановки там, где чаще всего не платят.

Есть мусор на улицах - в ТРО убирают, и на чистых улицах ловят нарушителей. У нас- если помните, стояли урны от "Громадьской силы" - показательно разбили, мер сказал- они портят вид города, главный архитектор подтвердил.

Были лавки на главном проспекте города- их кто-то иногда ломал- не чиним, просто убираем с аллеи. Зачем городу поломанные лавки?

Загрязняются водостоки- их при укладке асфальта просто закатывают в ноль и ставят бордюр.

Много преступлений с участием не контролирующих себя граждан на быстрых иномарках? Запугать свидетелей, дать им понять, что давать показания- это опасно для жизни. Возьмите с десяток таких преступлений и попробуйте вспомнить, сколько официально получили положенный срок.

Жителям города тесно ездить по 30-35 человек в маршрутках? Так просто нет автобусов больших, и к тому же граждане сами любят быструю езду. А она только в маршрутках.


Порядочный гражданин изредка становится свидетелем чего-либо? Пробует жаловаться? А можно указать на официальных сайтах- на ваш правильно оформленный официальный запрос по любому нарушению к вам домой выедет опергруппа и проведет дознание.



А теперь, если абстрагироваться от примеров, и вспомнить "теорию разбитых окон"- с кем там боролись бравые блюстители порядка? Для чего вообще придумали теорию? Для того, что бы устранить нарушителей, т.е. тех, кто мешает нормально жить любому члену общества, устранить мысль у каждого, кто только подумает нанести вред рядовому гражданину.
В последних примерах, уже из нашей жизни, я думаю вы четко выделите таких вредителей. И надеюсь, у вас есть хоть капля сообразительности, что бы придумать свой шаг на пути устранения разбитых окон, а не сидеть затаившись в комнате с осколками.

+1

[AserYZ]

Справедливости ради подземка/надземка НЙ и сейчас не сад с фиалками. По сравнению с нашим метро это чад и угар (особенно летом).

[Катана]

Проблема в том, что у полиции в САСШ гораздо больше прав, чем у нашей милиции. Если подозреваемый оказывает сопротивление, то никто не удивится если полицейский применит тазер или огнестрельное оружие. У нас-же за каждый потраченный патрон вагон бумаг, а уж если попал в кого-то так вообще гора проблем ... у милиционера =(

может, у оперов и иже с ними.

моему знакомому на ровном месте ногу прострелил товарисч в погонах.
и не то, чтоб не парился, а еще приписал нападение с целью завладения табельным оружием.

[Leonidas]

Так думают сталинопидриоты. В силу малого количества серого вещества других методов они предложить не могут.

Но есть и другие примеры.


Теория разбитых окон



В 1980-х годах Нью-Йорк представлял собой адский ад. Там совершалось более 1 500 тяжких преступлений КАЖДЫЙ ДЕНЬ. 6-7 убийств в сутки. Ночью по улицам ходить было опасно, а в метро рисковано ездить даже днем. Грабители и попрошайки в подземке были обычным делом. Грязные и сырые платформы едва освещались. В вагонах было холодно, под ногами валялся мусор, стены и потолок сплошь покрыты граффити.


Вот что рассказывали о нью-йоркской подземке:


«Выстояв бесконечную очередь за жетоном, я попытался опустить его в турникет, но обнаружил, что монетоприемник испорчен. Рядом стоял какой-то бродяга: поломав турникет, теперь он требовал, чтобы пассажиры отдавали жетоны лично ему. Один из его дружков наклонился к монетоприемнику и вытаскивал зубами застрявшие жетоны, покрывая все слюнями. Пассажиры были слишком напуганы, чтобы пререкаться с этими ребятами: «На, бери этот чертов жетон, какая мне разница!» Большинство людей миновали турникеты бесплатно. Это была транспортная версия дантова ада».


Город был в тисках самой свирепой эпидемии преступности в своей истории.
Но потом случилось необъяснимое. Достигнув пика к 1990-му году, преступность резко пошла на спад. За ближайшие годы количество убийств снизилось на 2/3, а число тяжких преступлений – наполовину. К концу десятилетия в метро совершалось уже на 75 % меньше преступлений, чем в начале. По какой-то причине десятки тысяч психов и гопников перестали нарушать закон.


Что произошло? Кто нажал волшебный стоп-кран и что это за кран?

Его название - «Теория разбитых окон». Канадский социолог Малкольм Гладуэлл в книге «Переломный момент» рассказывает: «Разбитые окна» — это детище криминалистов Уилсона и Келлинга. Они утверждали, что преступность — это неизбежный результат отсутствия порядка. Если окно разбито и не застеклено, то проходящие мимо решают, что всем наплевать и никто ни за что не отвечает. Вскоре будут разбиты и другие окна, и чувство безнаказанности распространится на всю улицу, посылая сигнал всей округе. Сигнал, призывающий к более серьезным преступлениям».
Гладуэлл занимается социальными эпидемиями. Он считает, что человек нарушает закон не только (и даже не столько) из-за плохой наследственности или неправильного воспитания. Огромное значение на него оказывает то, что он видит вокруг. Контекст.


Нидерландские социологи подтверждают эту мысль (источник). Они провели серию любопытных экспериментов. Например, такой. С велосипедной стоянки возле магазина убрали урны и на рули велосипедов повесили рекламные листовки. Стали наблюдать – сколько народа бросит флаеры на асфальт, а сколько постесняется. Стена магазина, возле которого припаркованы велосипеды, была идеально чистой.


Листовки бросили на землю 33% велосипедистов.
Затем эксперимент повторили, предварительно размалевав стену бессодержательными рисунками.
Намусорили уже 69 % велосипедистов.


Но вернемся в Нью-Йорк в эпоху дикой преступности. В середине 1980-х в нью-йоркском метрополитене поменялось руководство. Новый директор Дэвид Ганн начал работу с… борьбы против граффити. Нельзя сказать, что вся городская общественность обрадовалась идее. «Парень, займись серьезными вопросами – техническими проблемами, пожарной безопасностью, преступностью… Не трать наши деньги на ерунду!»



Но Ганн был настойчив:
«Граффити — это символ краха системы. Если начинать процесс перестройки организации, то первой должна стать победа над граффити. Не выиграв этой битвы, никакие реформы не состоятся. Мы готовы внедрить новые поезда стоимостью в 10 млн. долларов каждый, но если мы не защитим их от вандализма - известно, что получится. Они продержатся один день, а потом их изуродуют».
И Ганн дал команду ощищать вагоны. Маршрут за маршрутом. Состав за составом. Каждый чертов вагон, каждый божий день. «Для нас это было как религиозное действо», — рассказывал он позже.


В конце маршрутов установили моечные пункты. Если вагон приходил с граффити на стенах, рисунки смывались во время разворота, в противном случае вагон вообще выводили из эксплуатации. Грязные вагоны, с которых еще не смыли граффити, ни в коем случае не смешивались с чистыми. Ганн доносил до вандалов четкое послание.


«У нас было депо в Гарлеме, где вагоны стояли ночью, - рассказывал он. - В первую же ночь явились тинейджеры и заляпали стены вагонов белой краской. На следующую ночь, когда краска высохла, они пришли и обвели контуры, а через сутки все это раскрашивали. То есть они трудились 3 ночи. Мы ждали, когда они закончат свою «работу». Потом мы взяли валики и все закрасили. Парни расстроились до слез, но все было закрашено снизу доверху. Это был наш мэссидж для них: «Хотите потратить 3 ночи на то, чтобы обезобразить поезд? Давайте. Но этого никто не увидит»…


В 1990-м году на должность начальника транспортной полиции был нанят Уильям Браттон. Вместо того, чтобы заняться серьезным делом – тяжкими преступлениями, он вплотную взялся за… безбилетников. Почему?
Новый начальник полиции верил - как и проблема граффити, огромное число «зайцев» могло быть сигналом, показателем отсутствия порядка. И это поощряло совершение более тяжких преступлений. В то время 170 тысяч пассажиров пробирались в метро бесплатно. Подростки просто перепрыгивали через турникеты или прорывались силой. И если 2 или 3 человека обманывали систему, окружающие (которые в иных обстоятельствах не стали бы нарушать закон) присоединялись к ним. Они решали, что если кто-то не платит, они тоже не будут. Проблема росла как снежный ком.


Что сделал Браттон? Он выставил возле турникетов по 10 переодетых полицейских. Они выхватывали «зайцев» по одному, надевали на них наручники и выстраивали в цепочку на платформе. Там безбилетники стояли, пока не завершалась «большая ловля». После этого их провожали в полицейский автобус, где обыскивали, снимали отпечатки пальцев и пробивали по базе данных. У многих при себе оказывалось оружие. У других обнаружились проблемы с законом.


«Для копов это стало настоящим Эльдорадо, - рассказывал Браттон. - Каждое задержание было похоже на пакет с поп-корном, в котором лежит сюрприз. Что за игрушка мне сейчас попадется? Пистолет? Нож? Есть разрешение? Ого, да за тобой убийство!.. Довольно быстро плохие парни поумнели, стали оставлять оружие дома и оплачивать проезд».


В 1994 году мэром Нью-Йорка избран Рудольф Джулиани. Он забрал Браттона из транспортного управления и назначил шефом полиции города. Кстати, в Википедии написано, что именно Джулиани впервые применил Теорию разбитых окон. Теперь мы знаем, что это не так. Тем не менее, заслуга мэра несомненна – он дал команду развить стратегию в масштабах всего Нью-Йорка.


Полиция заняла принципиально жесткую позицию по отношению к мелким правонарушителям. Арестовывала каждого, кто пьянствовал и буянил в общественных местах. Кто кидал пустые бутылки. Разрисовывал стены. Прыгал через турникеты, клянчил деньги у водителей за протирку стекол. Если кто-то мочился на улице, он отправлялся прямиком в тюрьму.
Уровень городской преступности стал резко падать - так же быстро, как в подземке. Начальник полиции Браттон и мэр Джулиани объясняют: «Мелкие и незначительные, на первый взгляд, проступки служили сигналом для осуществления тяжких преступлений».


Цепная реакция была остановлена. Насквозь криминальный Нью-Йорк к концу 1990-х годов стал самым безопасным мегаполисом Америки.
Волшебный стоп-кран сработал.

[Sascha1965]

Так думают сталинопидриоты. В силу малого количества серого вещества других методов они предложить не могут.

Но есть и другие примеры.


Теория разбитых окон



В 1980-х годах Нью-Йорк представлял собой адский ад. Там совершалось более 1 500 тяжких преступлений КАЖДЫЙ ДЕНЬ. 6-7 убийств в сутки. Ночью по улицам ходить было опасно, а в метро рисковано ездить даже днем. Грабители и попрошайки в подземке были обычным делом. Грязные и сырые платформы едва освещались. В вагонах было холодно, под ногами валялся мусор, стены и потолок сплошь покрыты граффити.


Вот что рассказывали о нью-йоркской подземке:


«Выстояв бесконечную очередь за жетоном, я попытался опустить его в турникет, но обнаружил, что монетоприемник испорчен. Рядом стоял какой-то бродяга: поломав турникет, теперь он требовал, чтобы пассажиры отдавали жетоны лично ему. Один из его дружков наклонился к монетоприемнику и вытаскивал зубами застрявшие жетоны, покрывая все слюнями. Пассажиры были слишком напуганы, чтобы пререкаться с этими ребятами: «На, бери этот чертов жетон, какая мне разница!» Большинство людей миновали турникеты бесплатно. Это была транспортная версия дантова ада».


Город был в тисках самой свирепой эпидемии преступности в своей истории.
Но потом случилось необъяснимое. Достигнув пика к 1990-му году, преступность резко пошла на спад. За ближайшие годы количество убийств снизилось на 2/3, а число тяжких преступлений – наполовину. К концу десятилетия в метро совершалось уже на 75 % меньше преступлений, чем в начале. По какой-то причине десятки тысяч психов и гопников перестали нарушать закон.


Что произошло? Кто нажал волшебный стоп-кран и что это за кран?

Его название - «Теория разбитых окон». Канадский социолог Малкольм Гладуэлл в книге «Переломный момент» рассказывает: «Разбитые окна» — это детище криминалистов Уилсона и Келлинга. Они утверждали, что преступность — это неизбежный результат отсутствия порядка. Если окно разбито и не застеклено, то проходящие мимо решают, что всем наплевать и никто ни за что не отвечает. Вскоре будут разбиты и другие окна, и чувство безнаказанности распространится на всю улицу, посылая сигнал всей округе. Сигнал, призывающий к более серьезным преступлениям».
Гладуэлл занимается социальными эпидемиями. Он считает, что человек нарушает закон не только (и даже не столько) из-за плохой наследственности или неправильного воспитания. Огромное значение на него оказывает то, что он видит вокруг. Контекст.


Нидерландские социологи подтверждают эту мысль (источник). Они провели серию любопытных экспериментов. Например, такой. С велосипедной стоянки возле магазина убрали урны и на рули велосипедов повесили рекламные листовки. Стали наблюдать – сколько народа бросит флаеры на асфальт, а сколько постесняется. Стена магазина, возле которого припаркованы велосипеды, была идеально чистой.


Листовки бросили на землю 33% велосипедистов.
Затем эксперимент повторили, предварительно размалевав стену бессодержательными рисунками.
Намусорили уже 69 % велосипедистов.


Но вернемся в Нью-Йорк в эпоху дикой преступности. В середине 1980-х в нью-йоркском метрополитене поменялось руководство. Новый директор Дэвид Ганн начал работу с… борьбы против граффити. Нельзя сказать, что вся городская общественность обрадовалась идее. «Парень, займись серьезными вопросами – техническими проблемами, пожарной безопасностью, преступностью… Не трать наши деньги на ерунду!»



Но Ганн был настойчив:
«Граффити — это символ краха системы. Если начинать процесс перестройки организации, то первой должна стать победа над граффити. Не выиграв этой битвы, никакие реформы не состоятся. Мы готовы внедрить новые поезда стоимостью в 10 млн. долларов каждый, но если мы не защитим их от вандализма - известно, что получится. Они продержатся один день, а потом их изуродуют».
И Ганн дал команду ощищать вагоны. Маршрут за маршрутом. Состав за составом. Каждый чертов вагон, каждый божий день. «Для нас это было как религиозное действо», — рассказывал он позже.


В конце маршрутов установили моечные пункты. Если вагон приходил с граффити на стенах, рисунки смывались во время разворота, в противном случае вагон вообще выводили из эксплуатации. Грязные вагоны, с которых еще не смыли граффити, ни в коем случае не смешивались с чистыми. Ганн доносил до вандалов четкое послание.


«У нас было депо в Гарлеме, где вагоны стояли ночью, - рассказывал он. - В первую же ночь явились тинейджеры и заляпали стены вагонов белой краской. На следующую ночь, когда краска высохла, они пришли и обвели контуры, а через сутки все это раскрашивали. То есть они трудились 3 ночи. Мы ждали, когда они закончат свою «работу». Потом мы взяли валики и все закрасили. Парни расстроились до слез, но все было закрашено снизу доверху. Это был наш мэссидж для них: «Хотите потратить 3 ночи на то, чтобы обезобразить поезд? Давайте. Но этого никто не увидит»…


В 1990-м году на должность начальника транспортной полиции был нанят Уильям Браттон. Вместо того, чтобы заняться серьезным делом – тяжкими преступлениями, он вплотную взялся за… безбилетников. Почему?
Новый начальник полиции верил - как и проблема граффити, огромное число «зайцев» могло быть сигналом, показателем отсутствия порядка. И это поощряло совершение более тяжких преступлений. В то время 170 тысяч пассажиров пробирались в метро бесплатно. Подростки просто перепрыгивали через турникеты или прорывались силой. И если 2 или 3 человека обманывали систему, окружающие (которые в иных обстоятельствах не стали бы нарушать закон) присоединялись к ним. Они решали, что если кто-то не платит, они тоже не будут. Проблема росла как снежный ком.


Что сделал Браттон? Он выставил возле турникетов по 10 переодетых полицейских. Они выхватывали «зайцев» по одному, надевали на них наручники и выстраивали в цепочку на платформе. Там безбилетники стояли, пока не завершалась «большая ловля». После этого их провожали в полицейский автобус, где обыскивали, снимали отпечатки пальцев и пробивали по базе данных. У многих при себе оказывалось оружие. У других обнаружились проблемы с законом.


«Для копов это стало настоящим Эльдорадо, - рассказывал Браттон. - Каждое задержание было похоже на пакет с поп-корном, в котором лежит сюрприз. Что за игрушка мне сейчас попадется? Пистолет? Нож? Есть разрешение? Ого, да за тобой убийство!.. Довольно быстро плохие парни поумнели, стали оставлять оружие дома и оплачивать проезд».


В 1994 году мэром Нью-Йорка избран Рудольф Джулиани. Он забрал Браттона из транспортного управления и назначил шефом полиции города. Кстати, в Википедии написано, что именно Джулиани впервые применил Теорию разбитых окон. Теперь мы знаем, что это не так. Тем не менее, заслуга мэра несомненна – он дал команду развить стратегию в масштабах всего Нью-Йорка.


Полиция заняла принципиально жесткую позицию по отношению к мелким правонарушителям. Арестовывала каждого, кто пьянствовал и буянил в общественных местах. Кто кидал пустые бутылки. Разрисовывал стены. Прыгал через турникеты, клянчил деньги у водителей за протирку стекол. Если кто-то мочился на улице, он отправлялся прямиком в тюрьму.
Уровень городской преступности стал резко падать - так же быстро, как в подземке. Начальник полиции Браттон и мэр Джулиани объясняют: «Мелкие и незначительные, на первый взгляд, проступки служили сигналом для осуществления тяжких преступлений».


Цепная реакция была остановлена. Насквозь криминальный Нью-Йорк к концу 1990-х годов стал самым безопасным мегаполисом Америки.
Волшебный стоп-кран сработал.

Про окна уже было

[RedFox]

Отличная статья. И оч познавательная.
Лео, но лично твой креатифф говно. Задолбал ты со сталинистами по любому поводу. Ты как тот пациент на приеме у психиатра, которому даже настенные часы с маятником напоминали женскую грудь.

[Кацап]

То есть проклятые совки в 80-х были гораздо чистоплотнее (во всех отношениях) чем распрекрасные демократы? )))))

ЗЫ. А при чём тут расстрелы, извините?

[Leonidas]

да вот в соседней темы про расстрелы и порядок)))

[Julyross]

..... Если вы не улавливаете разницу....ну что ж тогда....

Дайши, говоря Вашими словами, если Вы не улавливаете разницу - чтож, объясню. Я хотела сказать, что чисто не только там, где не сорят. Но и там, где убирают. И оба этих действия способствуют распространению друг друга.

Сообщение от Daishi
Про теорию когда то читал, и считаю ее правильной. А не - "мол чисто не там где убирают, а там где не сорят".

[Julyross]

А теперь, если абстрагироваться от примеров, и вспомнить "теорию разбитых окон"- с кем там боролись бравые блюстители порядка? Для чего вообще придумали теорию? Для того, что бы устранить нарушителей, т.е. тех, кто мешает нормально жить любому члену общества, устранить мысль у каждого, кто только подумает нанести вред рядовому гражданину.
В последних примерах, уже из нашей жизни, я думаю вы четко выделите таких вредителей. И надеюсь, у вас есть хоть капля сообразительности, что бы придумать свой шаг на пути устранения разбитых окон, а не сидеть затаившись в комнате с осколками.

!!!!!!!!

[Daishi]

Я хотела сказать

Хотели, но не сказали А сказали по другому....Ладно. Проехали.

[Юрий Викторович]

Предполагаю, что в Китае публичные расстрелы выполняют функцию борьбы с разбитыми стеклами.

[Пал Степаныч]

Отличная статья. И оч познавательная.
Лео, но лично твой креатифф говно. Задолбал ты со сталинистами по любому поводу. Ты как тот пациент на приеме у психиатра, которому даже настенные часы с маятником напоминали женскую грудь.

Автора статьи для проверки теории командировать ночью в Harlem, South Bronx или Bowery,
Ну ли в Central Park.. если выживет- потом дать написать еще чего нибудь.. Например про криминогенную обстановку в Париже..

[Dimon_Zhuk]

да вот в соседней темы про расстрелы и порядок)))

статья интересная и позновательная
но причем ваша ИВСфобия или боязнь собственной истории непонятно

[RedFox]

Автора статьи для проверки теории командировать ночью в Harlem, South Bronx или Bowery,
Ну ли в Central Park.. если выживет

а там все плохо?

[Хитрый Лыс]

Отличная статья. И оч познавательная.
Лео, но лично твой креатифф говно. Задолбал ты со сталинистами по любому поводу. Ты как тот пациент на приеме у психиатра, которому даже настенные часы с маятником напоминали женскую грудь.

Согласен, статья неплоха, но сталинопидриоты тут, мягко говоря, не при делах. Так недолго троллей поналовить в темке, которые скажут что это кг/ам потому как про сталина они другого мнения.
А конкретно по статье, у меня вопрос: какова вероятность того, что описанные методы "очеловечивания" морального облика граждан сработают в наших краях, с нашим менталитетом? (например, проверено: если на этаже 4 квартиры, 3 из которых не платят за электричество и это общеизвестно - то, начиная с какого-то момента, 4я тоже не заплатит)

[Пал Степаныч]

а там все плохо?

Сами посмотрите..
Вот сайтик на котором отмечают хомосайды по Большому Яблоку
http://www.nytimes.com/packages/html...ICIDE_MAP.html

[RedFox]

Сами посмотрите..
Вот сайтик на котором отмечают хомосайды по Большому Яблоку
http://www.nytimes.com/packages/html...ICIDE_MAP.html

дык тама все на аборигенской мове

[Пал Степаныч]

дык тама все на аборигенской мове

Ну тута я не могу вам помочь.. Ибо- аборигенная мова для меня привычная