КУРОПАТЫ: КУЛЬТУРА ПАМЯТИ В БЕЛАРУСИ ТРЕБУЕТ ГРАЖДАНСКОГО МУЖЕСТВА
«Осторожно, двери закрываются! Следующая станция - «Площадь Ленина» - слышат ежедневно пассажиры Минского метрополитена.
Единственное метро в Беларуси, которое находится в столичном Минске, удивляет иностранцев тем, что имеет всего две линии, и поэтому в нём ещё никто не смог заблудится. Кроме того, проезжая через станции “Площадь Ленина” (которая некоторое время, на радость одним и к неудовольствию других, была “Площадью Независимости”), “Октябрьская”, “Плошадь Победы”, “Пролетарская”, “Московская”, “Первомайская” и другие, можно коротко ознакомится с советской страницей истории нашей страны и поглазеть на художественное оформление метро в стиле соцреализма. Советское прошлое не является чем-то далёким и в самом деле прошедшим, оно скорее часть современной повседневности. Бродя по улицам и обращая внимание на их названия, можно выучить советские праздники, фамилии революционеров, руководителей партизанских отрядов и деятелей подполья. Перед Домом Правительства, на площади Независимости, вас приветствует вождь пролетариата Владимир Ленин. Напротив здания КГБ, который поражает архитектурой «сталинского ампира», стоит бюст «железного Феликса» Дзержинского.
Официальные памятники и государственные мемориальные комплексы составляют современную коллективную память Беларуси, которая сосредоточена на страницах военного прошлого. Брестская крепость, музей Великой отечественной войны, Курган Славы, “Минск - город-герой”, Хатынь, “линия Сталина” - всё это вам покажут, если вы обратитесь в туристическое агентство, желая углубить знание истории Великой отечественной войны. Однако обращает на себя внимание избирательность такой исторической памяти, которая повествует о «партизанской войне» и прячет трагичность войны за речи о героизме. Все знают про Освенцим, Майданек и Треблинку, но немногие слышали, что в Беларуси, под Минском, находился четвёртый в Европе по количеству уничтоженных там людей лагерь смерти Тростенец (Trascianiec). Нацистский тоталитарный режим был осуждён всем миром, советский тоталитарный режим ещё ждёт критического осмысления в массовом сознании белорусов.
«Там, где сосны шумят под дождём…» - писал в своём стихотворении о Куропатах их «первооткрыватель», историк и политик Зенон Позняк.
Красивое белорусское название белых подснежников - “куропаты”(“Kurapaty”) - печально известна сегодня далеко за пределами страны. На протяжении 1937-1941 годов органы НКВД проводили тут, в урочище под Минском, массовое систематическое уничтожение мирного населения Беларуси. В Беларуси про Куропаты кто-то не знает, а кто-то делает вид, что не знает. В любом случае, государственные деятели и представители власти здесь не бывают, официальные экскурсии здесь не водят.
Куропаты - общественное место памяти и скорби по тем, кто был расстрелян здесь без суда, “ликвидирован” как “враг народа”. Расстрелы осуществляли специальные команды НКВД, но были и добровольцы, которые потом хвастались количеством уничтоженных. Тяжело сказать, что руководило людьми, исполнявшими такие приказы и можно ли их называть людьми. Никто из жертв не собирался умирать, многие успели взять с собой вещи и еду в долгую дорогу, но им не оставили никакого шанса выжить. Жители соседних деревень вспоминали, что выстрелы были слышны круглые сутки, от криков, плача и страха спать было невозможно. Расстрелы происходили до самого начала войны.
Точное количество жертв в Куропатах посчитать сложно. Во всех обнаруженных археологами Зеноном Позняком (Zianon Pazniak) и Евгением Шмыгалёвым (Jauhen Shmyhaliou) захоронениях раньше проводились раскопки и эксгумация. После второй мировой войны могилы уничтожались, что ещё раз подтверждает преступность совершённого геноцида и то, что сами преступники прекрасно осознавали свою вину. Историки считают, что тут безвинно погибли более 30 000 человек.
Никто не знает, в чём обвиняли расстрелянных, никаких объяснений, никаких сведений о судьбе репрессированных родственники не получали. Тогда об этом не говорили и не спрашивали. А сегодня ответ на многочисленные вопросы - мёртвая тишина. Сколько людей было расстреляно? Где они похоронены? Официальная статистика по этой теме отсутствует: КГБ Беларуси до этого времени не обнародовало ни одного места расстрелов и захоронения граждан. Историк Игорь Кузнецов (Ihar Kuzniatsou) на основании своих исследований утверждает, что в Беларуси насчитывается 48 мест таких захоронений в разных точках страны. Только в Минске их не меньше одиннадцати: парк Челюскинцев, Лошица, улица Кальварийская (Kalvaryjskaja), само Кальварийское кладбище, Тростенец, Дражня (Drazhnia), Дрозды (Drazdy).
Но на эти могилы не придут родственники репрессированных и люди, разделяющие боль по невинно убитым, потому что неизвестно, куда именно надо идти.
«Я хочу, чтобы нас больше не расстреливали…» - так один из защитников Куропат объяснял журналистам, почему он пришёл туда.
Солнечный день 20-го сентября вошёл в новейшую историю Беларуси двумя событиями. Про одно можно будет прочитать в учебниках, второе останется в «неофициальной» памяти.
После победы на президентских выборах 2001 года Александр Лукашенко торжественно принял присягу. А па северной окраине Минска начались строительные работы по расширению кольцевой дороги.
На первый взгляд, обычная вещь для большого города, если бы не проходила эта магистраль через Куропаты. Когда появились тракторы, и расширение дороги началось рядом с захоронениями, туда начали приходить люди, обеспокоенные судьбой общественного места памяти жертв политических репрессий. При помощи символических картин, икон, плакатов «Куропаты - наша боль», «Тут похоронены невинные жертвы сталинских репрессий» они пробовали образумить строителей и остановить расширение дороги со стороны урочища. Через три дня появились палатки, была налажена ежедневная вахта. Люди находились там днём и ночью с целью не допустить разрушения мемориала. Защитники поставили кресты - напоминание о трагедии и попытку остановить строительство дороги. Люди приносили свои кресты, поддерживали тех, кто участвовал в ежедневной вахте.
Ситуацию в Куропатах освещали независимые СМИ, ежедневно делало репортажи радио “Свобода”, несколько репортажей было сделано государственной прессой. Под давлением общественности, оппозиционных партий, созданной инициативы “За спасение «Куропат»” были остановлены строительные работы и начаты археологические раскопки под руководством Института истории Национальной Академии наук Беларуси. Вахта активистов молодёжных организаций находилась в Куропатах на протяжении всего этого времени: ребята помогали археологам, выносили с урочища мусор.
Раскопки определили двенадцать мест в зоне расширения дороги, где возможно находились останки жертв. Археологи уже производили здесь раскопки в 1988 году, когда Куропаты как место расстрела жертв политических репрессий стали известны общественности. Но чтобы ещё раз убедиться, что дорога не пройдёт по костям, раскопки повторили. Остатков захоронений в районе расширения дороги не обнаружили. Строительство было продолжено.
В этой стиуации у активистов “Молодого Фронта”, которые принимали активное участие в ежедневной вахте, произошёл раскол: одни были за то, чтобы продолжать вахту дальше, другие не видели в этом необходимости. Для одних окончить вахту означало “сдать” Куропаты, “проиграть” режиму. Для других гражданской обязанностью было не допустить уничтожение захоронений, и знчительной победой виделось проведение археологических раскопок, которые первоначально государством не предусматривались. Противники продолжения вахты видели в этом стремлении дальнейшего сопротивления информационный повод для оппозиции, возможность получить публичную пользу от гражданской активности и желание не сосредотачивать внимание на провале выборов 2001 года. Общим желанием активистов было сделать всё возможное, чтобы сохраненить урочище как напоминание о трагедии и место народной скорби.
Вахта в Куропатах продолжалась, несмотря на морозы и опасность силового решения вопроса со стороны властей. В этом противостоянии победила техническая сила: бульдозеры повалили кресты, уничтожили иконы. Их не остановила живая цепь людей, которые вышли на защиту, омоновцы избили участников вахты, сожгли палатки, назначили штрафы за нарушение общественного порядка.
Однако Куропаты, без сомнения, нашли своё место в гражданской памяти и сознании людей. «Если в твоём сердце есть Бог, ты не допустишь новых Куропат» - предупреждает мемориальный знак, установленный в урочище.
Ещё в 1989 году Совет министров Белорусской ССР издал постановление посторить в этом лесном массиве памятник жертвам сталинских репрессий 1937-1941 гг. Государственного памятника до сих пор нет. В 1993 годк урочище Куропаты было занасено в Государственный список историко-культурных ценностей Беларуси как место уничтожения жертв политических репрессий 30-40 гг ХХ века. Но и сегодня Куропаты - общественное место памяти. И те немногочисленные мемориальные знаки, которые можно увидеть там теперь - общественная инициатива.
Показательно то, что государство безразлично относится к факту существования общественного места памяти жертв сталинских репрессий, не обеспечивает ему охрану, не защищает от регулярных актов вандализма. Общественный мемориал периодически оскверняют, кресты и памятники разрисовывают нацистской свастикой. Избирательная официальная память не признаёт факт существования мемориала, как и саму возможность политических репрессий, ведь это заставляет задуматься, может навести на поиск параллелей между прошлым и будущим.
Осуждая политику геноцида тоталитарного режима, общество спрашивает: почему и теперь исчезают люди? Кто в этом виноват и что делать, чтобы подобные преступления никогда и нигде не повторились?
http://centerpost.org/zivilcourage/page2-5.html
Bookmarks