
Допис від
Aphelion
Байка:
Был я как-то на Урале. Давненьнко это происходило. Шёл соло на подножном корму. При переправе через речку разбил компас. Небо, как назло облачное, ну и заблукал я. Мошка уж крови попила....! К ночи, когда собирался ставить полатку, набрёл на хутор. Огонёк в окошке горел. Спрошу-ка, думаю, где я нахожусь, дорогу, может, подскажут, а то и компас продадут, ежели будет лишний. А места там глухие, без компаса - никак. Ну, постучал я в оконце-то, вышел старик, борода длиная, ростом повыше меня на голову, ручища...!!! Немного страшно стало. Но не успел я рта открыть, как пригласил он меня в дом, вперёд пропустил. А двери низенькие такие, даже мне, маломерку, и то пришлось кланяться. Не напрасно, ведь! Дому кланялся. Умыться дал, за стол посадил. Правнучка его скоро скатерть заставила снедью нехитрой. Особенно рыжики солёные сподобились мне. Расспросил он меня за ужином, что да как, откуда путь свой веду, да долго ли ещё бродить собираюсь. Узнав про компас, велел правнучке принести его, из сундука. На мой вопрос сколько денег я ему должен, осерчал было, да быстро отошёл. Ответил, что деньги я должен приберечь для другого случая, а ему они не за надобностью.
Всю ночь просидели за столом, выяснилось, что воевал он аж на двух Мировых! Полный кавалер Георгиевского Креста и ордена Славы! Судьба так сложилась, что остался он с Алёнушкой своей, вдвоём. Живут тем, что принесут люди из окрестных деревень, в ответ на помощь, да пенсия его. Хворь они всякую изводят травами целебными, денег не берут. Хозяйство своё у них есть. Старик сам (!) часовеньку срубил, батюшку привозил для освящения. Не думал я, что живут ещё так люди. Грамоте её он сам обучил. Книг в доме полно. Всё бы хорошо, да вот, пустеют деревни вокруг, старики одни остались.
Как солнышко показалось, Алёнушка в деревню собралась, бабка там одна захворала, а корову доить некому. Я думал, я крутой! Как стыдно мне стало, когда хрупкая девушка легко села в седло, а я не той ногой в стремени застрял. Боялся засмеют. Ан - нет, помогли, рассказали. Ехали медленно, чтобы меня не вытрусило из седла. В деревне были через два часа. Думал, помру. Бабка встретила нас на ногах, полегчало ей. Пока на завалинке сидел, Алёнушка уж и корову подоила и поясницу бабке растёрла травами своими, курей на двор выпустила, да корму им насыпала. Не выдержал я, когда за вёдра взялась, и к колодцу пошла. Да не тут-то было. Сказала она, что гость я, и потому, работать мне не положено. Я, как последний валенок, и расслабился. Много чего ещё она сделала в деревне, всех стариков обошла. Кому-то письма от детей, что в городе живут, читала.
К вечеру возвернулись мы в дом, а там банька натоплена, стол готов. Пока хлестал меня старик веничком, Алёнушка мою одежду постирала, а ту, что из рюкзака достала, погладила. Сказал я старику, что обязательно приеду ещё, только стыдно мне гостем баклуши бить, рассмеялся он, говорит, что крышу в следующем году ремонтировать надо, ежели помогу, рад будет.
На следующий год я приехал. Недели три прожил там, помог-таки крышу перестелить, травам меня обучили немного, с лошадью управляться...
Сейчас у нас с Алёнушкой уж двое сыновей. Забрал я её к себе. Но старика Серофима Тимофеевича каждый год навещаем. Он рад за правнучку, что не пропадать ей в глуши.
Да и ещё интересный факт. фамилия у него Вечеря. Не иначе, с Украины.
Bookmarks